30 апреля родился Ярослав Гашек — чешский писатель-сатирик, подаривший миру «Похождения бравого солдата Швейка». У этого автора был удивительный дар: рассказывая уморительные истории, он не скрывал за ними ужасы войны, а более ярко выявлял их.

20 язвительных цитат Ярослава Гашека

Мы считаем, что и в наши дни сатира Гашека не устарела — она по-прежнему звучит свежо и актуально.

В сумасшедшем доме каждый мог говорить все, что взбредет ему в голову, словно в парламенте.

Скромность украшает мужчину, но настоящий мужчина украшений не носит.

— Наше дело дрянь, — начал он слова утешения.

После вакханалий и оргий всегда приходит моральное похмелье.

Бросаться направо и налево дерьмом — аргументация более или менее убедительная, но интеллигентный человек даже в состоянии раздражения или в споре не должен прибегать к подобным выражениям.

В толстого эрцгерцога вернее попадешь, чем в тощего.

Без жульничества тоже нельзя. Если бы все люди заботились только о благополучии других, то еще скорее передрались бы между собой.

Беда, когда человек вдруг примется философствовать — это всегда пахнет белой горячкой.

Не всем же быть умными. В виде исключения должны быть также и глупые, потому что если бы все были умными, то на свете было бы столько ума, что от этого каждый второй человек стал бы совершеннейшим идиотом.

— Не представляю себе, — произнес Швейк, — чтобы невинного осудили на десять лет. Правда, однажды невинного приговорили к пяти годам — такое я слышал, но на десять — это уж, пожалуй, многовато!

Пусть было, как было, — ведь как-нибудь да было! Никогда так не было, чтобы никак не было.

От стен полицейского управления веяло духом чуждой народу власти.

Военно-юридический аппарат был великолепен. Такой судебный аппарат есть у каждого государства, стоящего перед общим политическим, экономическим и моральным крахом.

В то время как здесь короля били тузом, далеко на фронте короли били друг друга своими подданными.

В другой раз внимательнее приглядывайтесь к тому, с кем купаетесь: в воде всякий голый человек похож на депутата, даже если он убийца.

Я сам за собой иногда замечаю, что я слабоумный, особенно к вечеру…

Я думаю, что на все надо смотреть беспристрастно. Каждый может ошибиться, а если о чем-нибудь очень долго размышлять, уж наверняка ошибешься.

У солдата, которого ведут под конвоем, всегда больше опыта, чем у тех, кто его караулит.

Вообще всё на свете вдруг показалось ему таким гнусным и отвратительным, что он почувствовал потребность напиться и избавиться от мировой скорби.

— Самое лучшее, — сказал Швейк, — это выдавать себя за идиота.